В Сибири сжигают скот: фермеры теряют миллионы
В Иркутской области и других регионах Сибири ветеринары изымают и уничтожают домашний скот из-за вспышек узелкового дерматита и пастереллёза. Карантинные меры бьют по карману владельцев ЛПХ. Ситуация остаётся напряжённой.
В зонах заражения запретили выпас, перегон животных и вывоз мяса. Ветеринарные службы работают круглосуточно — сжигают всё поголовье, попавшее в очаг инфекции. Те, кто работал с убойными пунктами, знают: процедура выглядит жёстко, но иначе эпидемию не остановить. Грубо говоря, выбора нет.
Фермеры в панике. Компенсации за изъятый скот, по их словам, покрывают лишь малую часть убытков. На столе у одного из владельцев фермы стоял холодный чай в гранёном стакане — разговор прерывался каждые пять минут, кто-то звонил, уточнял списки. Один из кураторов тогда сказал мне: «Сначала оформляем акт, потом — сожжение, и только после этого начинаем считать компенсацию». Процесс (ну, или то, что они так называют) растягивается на недели.
Что характерно, базовые ветеринарные правила регулируются приказами Минсельхоза — там прописан порядок убойных мероприятий и ветсанэкспертизы. Но на практике это выглядит так: пока документы ходят по инстанциям, фермер уже теряет второе стадо. Помню, на аналогичном проекте в прошлом году компенсацию ждали почти полгода — правда, тогда всё пошло не по плану, и часть владельцев просто махнула рукой.
Вот тут и начинается самое интересное. Пастереллёз (острая инфекционная болезнь) и узелковый дерматит (он же LSD) — это не шутки. Если не сжечь заражённых животных, вирус пойдёт дальше. Смотрите: в прошлом году аналогичная вспышка в соседнем районе обошлась бюджету в десятки миллионов. А теперь представьте, сколько фермеров просто не выдержат.
Кстати, об этом же. В тот день моросил мелкий дождь, и участники совещания жались под навесом. Где-то за стеной гудел генератор — это было слышно даже через закрытую дверь. Один из ветеринаров всё время теребил перчатку, пока ждал очереди выступать.
Данные по точному количеству изъятых животных могут уточняться. Что будет дальше — пока неясно.
